— А что с радио-то? Я так и не понял, почему она исчезла. Смерть скосила её? Она уехала из княжества, и без неё сеть грибов увяла? Её отравили, убили?
Дварф-стражник потянулся, почесывая спину, повернулся и с лёгким недоумением ответил
— Так её те двое из наших воскресили жеж. Немного переделали, чтоб связь была не со всеми подряд, а только с нами, и перепрятали в другое место.
— В смысле?! А чего вы мне не говорили?
— А ты и не спрашивал
— Так вот почему между нашими силами была такая слаженная работа. А я думал… Почтовые голуби, крысы, бегуны… — Марсель рассмеялся со своей наивности. — Расскажи целиком, как это было?
— Щас вспомнить бы. Дело было как-то так…
— Ну, как ты и сам знаешь, Радио была верной подругой нашего небольшого кружка. Как только она пришла в княжество, сразу сдружилась с несколькими нашими, рассказы в свободное время писали, баловались-веселились. А потом что-то притихла она с приходом ко власти прошлого монарха. — Дварф на несколько секунд погрузился в размышления. — Еще и на моих караулах начала какая-то чертовщина происходить, напарник странным слегка стал… Не суть!
— И у нас начались внутренние работы — летописец был хорошим летописцем, но не самым хорошим монархом, раз уж одну из любимиц княжества столько угнетал. Хотели мы создать некую сеть для своих — чтобы всегда внутренняя связь была, чтоб ловило даже в подземелье — план был уже давно, но окончательное виденье наши мудрецы получили только после того, как по всему государству увяли мухоморы… — Стражник отхлебнул из кеги, пасмаковал секунду, и продолжил. — Ударом это для многих стало, да и для меня тоже, чего уж греха таить. От тоски по нашей грибной подруге, или еще от чего, но пришла нашим ученым в голову такая затея, которую и по сей день многие гуманной назвать не смогли бы
Одним морозным утром тело Радио пропало, и с тех пор работа у мудрецов в избушке на окраине не останавливалась ни на минуту. Сначала хотели старый дух в новое тело перенести, вот только ничего дельного из этой идеи не вышло:
Новое тело, вырезанное из лесного мицелия, подобие разума хоть и обрело, но ничего кроме шуток-прибауток выдавать не умело. Новый гриб живой пока оставили, шутом обозвали да велели в углу сидеть. В общем, неудачный эксперимент вышел, но весьма интересный, хоть и непослушный: гуляет порой сама по себе, на кладбище бродит, рассказывает шутки мертвецам. Те хоть слушают внимательно. Но лучше б сидела в избушке, такого натворила потом…
Вернулись мудрецы по итогу к старому телу, снова думать принялись. Хрен его знает, сколько они там думали, но по итогу решили вот что сделать. Они изучили подробнее исходный мицелий и поняли, что она просто впала в спячку, ибо являлась грибом теплого времени года. А сейчас холодает, вот и скукожилась. Пошли они искать образцы зимних грибов, чтоб скрестить это все дело как-то. В тонкости я не вдавался — они на своем птичьем языке что-то там обсуждали, я ничего не понял. Понял только то, что грибы, которые они нашли, были тоненькими, длинными и светящимися
Спасибо хоть, что на этот раз все рассчитали верно — Радио хоть сама на себя уже не была похожа, но память старую сохранила, еще и новые способности обрела, стала, знаешь ли, своего рода проводником между теми, кто с ней в особо близкие контакты вступал, да кому доверяла сильно. Могли теперь посвященные в это дело мыслями и словами обмениваться, в одной комнате при этом не находясь. Так мы и держали связь во время восстания, странно что ты не знал, княже. А она пока в слабом состоянии тела и сознания была, потому наверное и не пересекался ты с ней.
Вот теперь каждый из даркнетовских носит с собой маленький засохший грибок, один из тех, что после смерти старой Радио увяли. В нужный момент приложишь его к стене — и голоса товарищей слышишь сразу, где бы в королевстве они не находились.
А, шут грибной! Чуть не забыл. Натворила ж она бед, и еще как раз в момент восстания! Пока мы готовили переворот, за ней никто не следил. Гуляла она днями и ночами, и то ли заболела, то ли заскучала — насыпала в ночь восстания спор вволю по всему кладбищу. Так недавно похороненные взяли и восстали из своих могил, все покрытые грибочками, и начали кричать единственное слово “радио! радио!”, даже до площади часть дошла, и в том голосовании между тремя кандидатами отметилась. Мудрецы еле-еле их успели увести оттуда до наступления утра.
Артур допил пенистую жидкость
— Так че, будешь постить что-то или нет? На кой ляд мы тебя монархом поставили?