— Почему ты всегда целуешь лбы? - донёсся тихий голос дорогой мне подруги Брайр.
Я сидела у камина и вязала очередной шарф. Никогда мне не нравилось вязание, это утомляет. Но в такие вечера хотелось, чтобы что-то напомнило о доме. Давненько я не была там…
— Просто обычное проявление заботы, которое придумали мы с мамой. - ответила я, не отрываясь от мысленного подсчёта петелек. - Так, что там было? 45, 46…
Ночь всегда успокаивала. Эти тихие моменты глубоко засели у меня в сердце: шелест листьев дерева, под которым я всегда сидела, стрекочущие звуки цикад, шум мелких ударяющихся о берег волн озера.
Я приходила сюда после долгих смен в нашем магазине и долго отходила от шума покупателей. Как же они раздражают. Вечное недовольство ценами, угрюмое настроение, жалобы на свою тяжёлую жизнь. Будто бы я в этом виновата! И каждый чёртов раз мне приходилось улыбаться и желать хорошего дня. После тысячного дня я больше не верила в этот призрачный «хороший день». Я так устала…
Я достала из сумки яблоко, ломтик ржаного хлеба и парочку варёных яиц. Почистила их в платочек и убрала его в сумку. Мой маленький ужин. Кушать с таким чудесным видом дарило мне хоть какую-то радость.
Здесь, в своём маленьком убежище, я могла спокойно разгрузить голову и настроиться на новый день. Дальше будет легче. Должно быть легче.
— Доброе утро, доченька!
Мама, как всегда, была на позитиве, но я-то понимала, что она и сама безумно устала. Она колдовала у плиты, готовя завтрак всей нашей семье. Она управляла магазином, моя старшая сестра обычно занималась поставками и заказами, но сейчас она уехала куда-то в столицу заниматься открытием своей небольшой лавкой вязанных игрушек и вещей, а младшая сестра ходила в школу и мечтала поскорее вырасти, чтобы сбежать из нашего дома.
— Доброе утро, мам. Как дела? - я подошла к ней и заглянула в сковородку. Омлет, как и всегда, обожаю его.
— Всё чудесно! Сегодня будет поставка муки, не забудь проверить мешки, вдруг, где-то есть дырки. А ещё…
— Открыть и проверить есть ли в ней мучные черви, я помню. - улыбнувшись, продолжила за неё.
— Ну что за умница! - она нежно поцеловала меня в лоб, и повернулась обратно к плите, - скоро будет готово. Садись за стол.
Близился очередной рабочий день…
Я стояла за прилавком и рассказывала молодой девушке как испечь хлеб. Она недавно вышла замуж, но совсем ничего не понимала в готовке, а её муж очень хотел домашней выпечки. Я рассказала ей про закваску, опару и что можно было бы добавить в свой хлеб, чтобы сделать его особенным, домашним.
— Вы так много знаете, вам бы свою пекарню открыть! - воодушевлённо сказала девушка
— Да куда ж мне до своего дела, я просто люблю читать и готовить. Пусть этим занимаются те, у кого душа лежит к этому.
Своя пекарня? Да ну, я не справлюсь. Это же тяжело, столько всего надо уметь, а я просто иногда готовлю что-нибудь для семьи. Хотя можно готовить что-то дома и продавать его соседям или даже открыть свой отдел выпечки в нашем магазине, на который так часто намекала мама. Даже не знаю, надо будет обсудить это с семьёй и обдумать все плюсы и минусы.
Девушка ушла, купив много муки, яйца, дрожжи и немного мускатного ореха. Я пожелала ей хорошего дня и, когда все покупатели довольные ушли из магазина, я достала свой блокнот и написала на новом листе большими буквами заголовок «СВОЯ ПЕКАРНЯ». Меня в первые секунды напугала эта надпись, но потом я почувствовала что-то до селя мне неизвестное. Радость? Нет, кажется, это было предвкушение. Я подняла голову вверх и закрыла глаза, мысленно возвращаясь на нашу кухню. Представила её больше, просторнее, представила большую каменную печь, большие горшки с тестом, много шкафчиков с разными ингредиентами, вокруг запахи специй, уловила тонкий аромат заморской корицы и запах свежих ягод. Я улыбнулась. Открыв глаза и осмотревшись вокруг, я ощутила горькое чувство разочарования. Не так я видела своё будущее в детстве.
В магазин из задней двери зашла мама. Она несла несколько листов с заказами местных магазинов.
— Доча, вот список того, что сегодня заберёт Питти.
Питти или Питер — это парнишка, который работает на маму и относит заказы к их получателям. Довольно милый, если так подумать. Но он человек и умрет через пару-тройку десятилетий, а мне жить вдовой? Да ну его, стать вдовой в 80 лет могут позволить себе только очень живучие люди, которым самим умирать скоро. А мне нужно думать о том, как прожить свою очень долгую жизнь и не умереть от скуки.
— Хорошо, мамуль, сейчас соберу всё.
Я взяла бумаги и пошла на склад. А мама, видимо, увидела мой блокнот и подошла ко мне с вопросом:
— Ты всё-таки задумалась о своём будущем? Правда хочешь открыть свою пекарню? - в её глазах была радость и гордость за свою лучшую дочь.
— Ну, покупательница сказала, что я могла бы такую открыть, я вот и задумалась, - опустив голову, пробормотала я.
— Так, а чего ты грустишь то? Это же хорошо! Мы тебе поможем, можем открыть твой отдел выпечки у нас, покупатели будут сразу же, поставщики уже есть, и проверенные. Да и ты всегда можешь вернуться к своей работе, мы тебя не бросим. - мама обняла меня крепко-крепко, и я сразу почувствовала, что она не врёт.
— Не знаю, я сомневаюсь что-то. Вдруг не справлюсь или ошибусь где-то. Не всегда же ты будешь рядом и поможешь.
— Доченька моя… - мама отпустила меня и поцеловала меня в лоб. След от её любимой дорогущей помады остался у меня на коже. - Никогда не опускай руки, когда чувствуешь, что рядом есть те, кто поможет тебе. Да, мы не всегда будем рядом, но до этого мы всегда будем с тобой и научим как справляться с возможными трудностями. Я тебя научу всему, что следует знать о своём деле, твоя старшая сестра поможет придумать твою уникальную черту, которая будет отличать тебя от других, а младшая поможет с продажами, будет твоим и моим маленьким продавцом после школы. Не переживай, мы будем рядом столько, сколько тебе потребуется.
Семья всегда меня поддерживала, я очень это ценила, и в тот момент я поверила в себя.
Началось всё с небольшого прилавка в нашем магазине. Первым, кто у меня что-то купил, стала та самая девушка, с которой всё и началось. В её следующее посещение магазина я ей и рассказала, что открою свой отдел выпечки и она очень обрадовалась. Сказала, что пусть у неё ничего и не вышло с хлебом, она будет всегда приходить за моим. Она пришла перед открытием и стала моим первым постоянным покупателем. Другие посетители тоже часто заходили, а потом угощали моей выпечкой свою семью и друзей, которые потом приходили к нам.
Со временем мы выкупили соседнее помещение, снесли стену между нами и наш магазин стал больше, а я смогла продавать больше выпечки. Я продолжала читать, узнавала всё больше рецептов и стала готовить разные десерты. Начала готовить улитки с кремом и корицей, которые покупатели начали называть заморскими «синнабонами». Мне название понравилось. Начала готовить тортики и продавать их кусочками. Старалась делать и вкусно, и не дорого, чтобы их могли позволить себе не только богачи, но и обычные работяги.
Всё шло слишком хорошо, чтобы меня не напугать. Я чаще сидела у своего дерева у озера и придумывала новые десерты. Старалась выходить в город или выезжать в столицу, чтобы увидеть новые десерты и внести в меню больше позиций. Иногда мне приходили заказы на выпечку или десерты от купцов или чиновников, и я радостная бегала обнимала семью, а потом в страхе убегала в комнату плакать и бояться оплошать. Но из-за страха ошибиться и множества попыток, всегда всё получалось хорошо, и клиенты приходили снова.
Спустя много лет борьбы со страхами и тяжелого труда, стоившего мне множества выпавших волос и проблем со здоровьем, я смогла снять отдельное помещение и съехать от семьи. Я безумно боялась уходить от них, много плакала, но когда-то мне же нужно было стать самостоятельной. Но я знала, что я справлюсь.
Я отошла от принципа обычного магазина и добавила столики. Сделала заготовки меньше, чтобы я могла готовить свежие десерты и выпечку сразу при заказе. Ко мне часто приходили уставшие от жизни люди, а уходили довольные и с новыми силами. Это придавало сил и мне. Тревога постепенно ушла, я стала позитивнее смотреть на будущее, и улыбка часто не сходила с моего лица. На кухне почти всегда можно было услышать мой смех и моё пение. А ночью я спала крепким сном.
Для помощи пришлось нанять много людей, хоть и не всегда это было удачно. Иногда попадались злые люди, которые нарушали мой и других моих подчинённых позитивный настрой, иногда были те, кто воровал, но и хороших людей было много. Я старалась всем внушать идею доброты и сострадания. Каждый, кто был вокруг меня. должен был быть счастливым. Никто не должен был чувствовать себя так же плохо, как когда-то чувствовала себя я.
Иногда я всё же впадала в состояние уныния, но тогда я просто уезжала к семье и проводила с ними как можно больше времени. Улыбка мамы, смех старшей и глупые шутки младшей сестёр меня всегда выводили из этого состояния. И уезжала я из дома полная сил и желания трудиться дальше.
Одной выпечкой моя жизнь не ограничилась. Как всегда, говорила моя мама «Лучший отдых - смена вида деятельности!» Так что мне пришлось обзавестись парочкой хобби. Вязания (всё ещё терпеть не могу), шитьё, рисование и пение. Всему этому меня, в какой-то степени, научили мама и моя старшая сестра. Безумно их люблю. А тихие вечера у озера переместились к теплому камину. Этот хруст дерева в огне так убаюкивал, и я не раз засыпала в кресле.
Моя жизнь стала той, о которой я так мечтала в детстве.
— Так и всё же, зачем ты нас целуешь? - не успокоившись, продолжила Брайр.
Я отложила вязание и улыбнулась подруге.
— Просто делюсь своим теплом с другими.